Why Is My Kid Talking Mobile Phone So Much

Within a minute of making your purchase of Cell Control you will get a welcome email with everything you should to install it to your cell smart-phone. Cell Control spies the same in principle as conventional cellular phone spy software does – calls, sms text messages, gps tracking, emails, urls, live call spying.

One big reason an isolated cell phone spy program so popular is many suspecting infidelity in their relationship the partner reaches an international so there is not any way in order to spy software to their cell cell phones. Another issue is software compatibility – in fact most cell phones there is not a conventional http://phonetrack-reviews.com/highster-mobile-review/ software app that is perfectly for it.

There can be something you should careful about though. And that is which spyera mobile spy software you will employ. They do just about all pass test of may be considered a good product that will you to simply catch a cheating boyfriend.

You can spy on another person without them detecting. The program can assistance with getting associated with money information about person you might be spying with. You will have access on the phone’s call information. The spy software will a person to to know the number almost daily that a given number called user of this phone.

If discover the employee or loved one cheating on you, could possibly easily operate necessary. The actual spying procedure begins a person install The Cell Phone Spying software in their smartphone. One are in the position to also configure the program according to the needs; else you can easily leave it to Mobile Spy complete it alone.

If your child doesn’t strive to be open about his friends, or you suspect that he’s not being completely honest along with you about them, then prepared to resort to mobile phone mobistealth spy package. Mobile phone SMS spy software is often a program that allows you to read the SMS messages that youngster sends and receives from his friends, allowing for you to definitely know everything they plan strive and do.

This is undoubtedly the best spying application of its kind; which will include how it works on the handset. There’s no evidence within the system on the smart phone at virtually all. All information can be sent and viewed online without the knowledge of your mate who is usually the gizmo. There are no logos attached with the application wall, and zip alters when using the phone. Is still as fast as in the victorian era and therefore does not arouse suspicion in the user. A good system those who are hoping to be stealthy while observing the goal.

Тема 5. Социальные функции налоговой системы

Большинство современных институтов государства, к которым относится и налоговая система, носит в основном нормативно-ролевой характер, поэтому их изучение может опираться на структурно-функциональный анализ. С целью изучения функциональной структуры современной налоговой системы как института социального управления (с приоритетом государственного управления) воспользуемся рядом широко известных разработок представителей структурно-функционального анализа – схемой AGIL Т. Парсонса и планом функционального анализа Р. Мертона.

Схема AGIL Т. Парсонса построена на основе предположения, что все элементы социальных систем можно структурно распределить вокруг двух основных осей дифференциации. Первая ось дифференциации определяется как ось между внешними и внутренними элементами ориентаций. На второй инструментально – консуматорной оси располагаются средства и цели системы. Пересечения осей дают общеинституциональные функции адаптации (приспособление к внешней среде), целеполагания (достижение целей, определяющихся как следствие стремления к адаптации), интеграции (обладание достаточным внутренним единством и упорядоченностью) и латентности (сохранения форм и управления напряжением) (см. таблицу 1).

Таблица 1.    Схема AGIL Т. Парсонса [1]

  Инструментальные Консуматорные
Ось внешней ориентации «A»

Функция приспособления

«G»

Функция достижения целей

Ось внутренней ориентации «L»- латентность

Функция сохранения

форм и управления напряжением

«I»

Функция интеграции

 

Р. Мертон дополнил структурно-функциональный анализ целым рядом понятий – «дисфункция», «функциональное требование», «функциональная альтернатива».[2]

В контексте теоретического анализа Т. Парсонса и Р. Мертона мы можем предложить свое видение функциональной структуры налоговой системы как института социального управления.

Экономические функции налоговой системы могут рассматриваться в качестве её функции адаптации как института социального управления. Среди них – фискальная функция (формирование доходной части бюджета на основе стабильного и централизованного сбора налогов) и  функция регулирования экономических процессов.[3]

Мы исходим из того, что если налоговая система не выполнит свою фискальную функцию, то невозможно осуществить и все остальные её функции. Это подтверждает и история налоговых систем. Р. Мертон считал, что функциональные требования – это условия «выживания» данной системы. Следовательно, фискальная функция налоговой системы может рассматриваться как функциональное требование её существования как института.

Можно воспользоваться и другой характеристикой функций социального института, также предложенной Р. Мертоном, – понятием функциональной альтернативы (функционального эквивалента или  заменителя).  В качестве функциональных заменителей экономических функций налоговой системы обычно рассматриваются внеэкономическое принуждение и перераспределение с помощью кредитно-денежной политики.

В исследованиях внеэкономического принуждения, выделяются налоговые и неналоговые государства.[4] В качестве критерия разделения служит доля налогов в доходах государства. В налоговых государствах налоги являются  основными источниками доходов государства.  В неналоговых государствах налоги играют лишь роль вспомогательной формы сбора необходимых для государства средств. Они могут изыматься нерегулярно и, будучи налогами по названию, иметь характер внеэкономического принуждения. К последнему, прежде всего, относятся нерегулярное изъятие  денежных и  натуральных средств (поборы), принудительный  общественный труд.  Упор на внеэкономические методы связан с тем, что такие государства характеризуются большим количеством неимущих и, следовательно, отсутствием развернутой налогооблагаемой базы.

Другие функциональные заменители экономических функций налоговой системы связаны с кредитно-денежной политикой. К этому виду функциональных заменителей относятся регулирование количества денег в обращении,  манипулирование процентными банковскими ставками, выпуск государственных ценных бумаг. Здесь также можно отметить инфляционный доход государства, который также называют инфляционным налогом. Инфляционный налог, с одной стороны, обесценивает налоговые льготы плательщикам по прямым налогам,  установленным в  фиксированном размере,  с другой – при прогрессивном характере налоговых систем рост заработной платы  вслед за инфляцией  приводит,  фактически, к более высоким ставкам подоходного налога для большинства налогоплательщиков.[5]

В любой национальной налоговой системе будут иметь место отклонения (дисфункции). По Мертону, дисфункции – это те наблюдаемые последствия, которые уменьшают приспособление или адаптацию системы. В нашем случае дисфункцию можно рассматривать, с одной стороны, как неспособность социального института выполнить функцию, а с другой,  как чрезмерное выполнение этой функции, препятствующее осуществлению остальных функций.

Осуществление экономических функций налоговой системы может рассматриваться как дисфункциональное, если они препятствуют экономическому росту, дестимулируют инициативу и предприимчивость, дестабилизируют финансовую и денежную системы, препятствуют структурной перестройке, создают непредсказуемую социально-экономическую ситуацию, способствуют «утечке» капитала, росту инфляции и бюджетного дефицита.

Политические функции налоговой системы могут рассматриваться как функция целеполагания этого института социального управления. Можно указать на несколько политических функций налоговой системы. Первая состоит в том, чтобы поддержать национальный суверенитет, вторая – в выявлении предпочтений граждан и выполнении их поручений.

Поддержка национального суверенитета с помощью налоговой системы практиковалась как в древности, так и в наши дни. Еще княгиня Ольга организовывала государственный союз вокруг Киевского княжества, «уставляющи уставы и уроки».[6]  В средневековой Европе границы влияния суверена совпадали с границами взимания установленных им налогов. [7]

В наши дни полный контроль над национальной налоговой системой также расценивается как главный оплот национального суверенитета. Например, в «битве» за ратификацию Маастрихтского договора (договор о Европейском союзе, подписанный 7 февраля 1992 года) внутри французской политической элиты Э. Балладюр высказал важнейший тезис в доказательство политической роли национальной налоговой системы. Он, настаивая на ратификации, утверждал, что в Маастрихтских соглашениях нет опасности для национального суверенитета, потому что «каждое государство сохранит господство над своей бюджетной политикой и налоговой системой».[8]

Вторая политическая функция налоговой системы – выявление предпочтений граждан и выполнение их поручений – связана с тем, что в демократическом обществе политика государства во всех областях, в том числе и в сфере налогообложения, зависит от предпочтений избирателей. Эти предпочтения следует рассматривать как определенные поручения государственному сектору и как контроль избирателей-налогоплательщиков   за  исполнением  этих  поручений.[9] При этом осуществлять контроль должны по возможности все налогоплательщики, а не только узкие группы, лоббирующие свои интересы при определении, сборе и распределении налогов. В настоящее время контроль над налоговой системой осуществляется меньшинством. Следовательно, задача состоит в том, чтобы нивелировать действие отдельных лобби и установить возможность  контроля со стороны  большинства населения. Этот контроль должен строиться не по принципу пропорциональности вклада (например, внесенных налогов), а по принципу вовлечения максимального количества участников в обсуждение налоговых вопросов.

Ясно, что контроль большинства налогоплательщиков за  сбором и распределением налоговых средств возможен только при построении прочной демократической системы.  Такая система, по Липсету, требует наличия источников раскола, чтобы происходила реальная борьба за руководящие посты, за власть, за смену партий у власти.[10] Источниками раскола могут быть  профсоюзы,  недовольные  группы налогоплательщиков и т.д.  Поэтому только  при наличии критически настроенного и организованного налогоплательщика возможен контроль над налогами. Как пишет П. Самуэльсон, в конечном счете, каждый избиратель должен попытаться «прикинуть» издержки и, исходя из этических соображений, решить, что он предпочитает – большую или меньшую уравнительность в обществе, большие или меньшие вознаграждения и стимулы для частной инициативы.[11]

Однако представители концепции экономики государственного сектора (Э. Аткинсон, Дж. Стиглиц)  справедливо указывают на то, что рядовой избиратель не слишком компетентен в деталях налоговой политики, не всегда ощущает ее отдельные последствия и, главное, не очень стремится их прогнозировать. Налогоплательщик по-разному относится к тем налогам, прямая связь которых с его уровнем благосостояния очевидна, и к тем, которые на первый взгляд, затрагивают его не очень сильно.[12] Так, каждый избиратель в полной мере ощущает влияние подоходного налога на собственную платежеспособность, и, как правило, негативно реагирует даже на умеренное его повышение. Зато гораздо спокойнее он воспринимает рост косвенных налогов,  даже если в итоге налоговое бремя возрастает в большей степени. При этом рядовой налогоплательщик не учитывает того, что большая часть этого бремени будет переложена на него как на конечного потребителя. Что же касается налога на прибыль, то лица наемного труда, составляющие большинство избирателей, часто не только соглашаются с его увеличением, но и подталкивают государственные органы к таким решениям. Однако, в конечном счете, и этот налог в значительной мере перекладывается на них, так как ведет к росту цен, тормозит экономический рост, способствует увеличению безработицы.[13]

Поэтому когда налоговая система характеризуется с точки зрения демократичности, имеется в виду не просто право налогоплательщиков корректировать налоговую политику через участие в выборах и референдумах. Акцент делается на способности гражданина на практике распознавать особенности тех или иных налогов и проецировать их на собственные интересы.

Дисфункциональность осуществления политических функций налоговой системы может проявиться в политической нестабильности, нарушении национального суверенитета,  несоблюдении гражданских прав и свобод.

Следующая группа функций – социальные функции налоговой системы – может рассматриваться как функция интеграции этого института социального управления. В настоящее время налоговая система характеризуется как экономический механизм достижения социальных целей, что делает социальные функции принципиально важными в структуре налоговой системы как института социального управления.

А.В. Брызгалин рассматривает распределительную (социальную) функцию налогов, которая состоит в перераспределении общественных доходов между различными категориями населения.[14] М.П. Дмитриев выделяет функцию регулирования социальных процессов.[15]

В рамках экономической науки и экономической социологии  основной исследовательский интерес нацелен на то, как в налоговой системе распределяются и перераспределяются доходы, полученные в виде налоговых изъятий, но для социологии управления важно знать, какие социальные цели преследуются при этом перераспределении.

На наш взгляд, можно выделить такие социальные функции налоговых систем, как развитие социальной сферы и смягчение социального неравенства. Рассмотрим их подробнее.

Важнейшей социальной функцией налоговой системы является развитие социальной сферы. Социальная сфера включает  в себя социальную инфраструктуру и социальные отношения между людьми, социальными группами, отношения общества и личности.

При осуществлении социальной функции развития социальной сферы применяется два подхода: прямой сбор средств на развитие социальной сферы и предоставление налоговых льгот. Прямой сбор средств на развитие социальной сферы связан с налогами на социальное страхование[16] или целевыми налогами (например, налог на содержание социально-культурной сферы или налог на нужды образовательных учреждений).  Основными налоговыми инструментами обеспечения социальной стабильности в современном обществе стали налог на заработную плату в виде взносов в фонды социального страхования (ФСС), которые выплачивают наемные работники и работодатели, и система налоговых льгот по подоходному налогу с физических лиц.[17]

Также с целью осуществления функции развития социальной сферы предоставляются налоговые льготы предприятиям, занимающимся социально значимыми видами деятельности, открывающим новые рабочие места, финансирующим жилищное строительство, содержащим объекты социально-культурной сферы, занимающимся благотворительной и природоохранной деятельностью, берущим на работу инвалидов и т.д.

Поэтому развитие социальной сферы, осуществляемое с помощью налоговой системы, связано с развитием социальной инфраструктуры. Вместе с тем оно преследует более широкую цель – упорядочивания взаимоотношений между социальными классами и группами, прогрессивное их изменение. Успешное осуществление этой социальной функции налоговой системы должно способствовать обеспечению социальной  стабильности.

В современном обществе социальная стабильность связывается с политикой выравнивания доходов,  создания и укрепления среднего класса. В западных странах представители среднего класса являются основными избирателями и  налогоплательщиками.

С целью укрепления среднего класса реализуется такая социальная функция налоговой системы, как смягчение социального неравенства. Неравенство характеризует неравномерное распределение дефицитных ресурсов общества (денег, власти, образования и престижа) между различными слоями общества. Смягчение социального неравенства как социальная функция налоговой системы прежде всего выражается в прогрессивности подоходного налогообложения, введении границ низких доходов, необлагаемых подоходным налогом, маленьких ставках (или отмене) косвенных налогов на предметы первой необходимости и больших ставках косвенных налогов на предметы роскоши.

Осуществление функции смягчения социального неравенства также связано с необходимостью соблюдения оптимальных пропорций распределения налоговых поступлений между местным и государственным бюджетами.  Результатом осуществления этой функции является создание препятствий усилению расслоения на «богатые» и «бедные» регионы. Для осуществления этой функции предлагается введение оффшорных зон. Оффшорные зоны (зоны с льготным налогообложением, свободные экономические зоны) – это ограниченные территории,  в  которых уровень налогового обложения ниже, действуют льготные экономические условия. Другой путь состоит в предоставлении отдельным регионам различных  льгот и привилегий. Среди инновационных попыток ограничения зон бедности на региональном уровне заслуживает внимания план финансово-экономического возрождения, принятый в штате Мичиган (США), согласно которому на территории 11 наиболее бедных регионов штата на 15 лет отменяются почти все налоги, в том числе подоходные, на собственность, на прибыль. У плана есть как активные сторонники, так и противники. Но в случае успеха он может стать моделью для всех бедствующих регионов в США.[18]

Как и экономические функции, социальные функции налоговой системы могут быть заменены своим функциональными альтернативами. Осуществление социальных целей общества возможно и с помощью других источников. Например, удачный военный поход с большой контрибуцией решает проблему занятости мужского населения на время войны (сам поход) и после войны (обеспечение земельным наделом на завоёванной территории как источником средств существования). Победа в походе формирует уважение к власти, а социальное неравенство сглаживается при дележе добычи. Этот способ осуществления социальных целей общества, который можно назвать социальной функцией военных походов, характерен для всей истории человечества и используется до сих пор в некоторых непрерывно воюющих развивающихся странах (например, в Афганистане).

В развитых государствах социальные функции частично могут осуществляться за счет средств, поступающих от использования государственной собственности, приватизации государственного имущества.

С точки зрения осуществления социальных функций,  дисфункциональным станет рост социальной дифференциации  в обществе, перенос налогового бремени на наименее обеспеченные слои населения (например, с помощью обложения косвенными налогами товаров первой необходимости), отсутствие необлагаемых налогом минимумов заработной платы, или их несоответствие прожиточному минимуму, значительные региональные различия в уровне жизни населения.

Здесь надо иметь в виду, что осуществление социальных и экономических функций налоговой системы позитивно только до определенного предела. Этот предел определяется экономическим и социальным развитием общества.

Для реализации социальных функций нужна достаточно большая налоговая база, поэтому налоговая система не должна лишать человека стимула к экономической активности, приучать к социальному иждивенчеству. Следовательно, социальные функции налоговой системы заключаются именно в смягчении, а не в ликвидации социального неравенства.

Важно то, что экономические и социальные функции налоговой системы могут быть функциональными для одних индивидов и дисфункциональными для других, так как социально-экономическое положение и экономические интересы представителей различных  социальных групп часто расходятся. Экономическая и социальная эффективность осуществления этих функций во многом будет зависеть от реализации политических функций и от налоговой культуры как части экономической культуры.

Одно из самых подробных исследований экономической культуры было предпринято Р. В. Рывкиной. Она выделяет пять черт, характеризующих экономическую культуру: экономическая деятельность, мотивы этой деятельности, определенное пространство экономических отношений, право и нравственность, длительность формирования.[19]

Все эти черты характерны для налоговой культуры, так как в ней максимально сосредоточены способность налогоплательщика к открытой и честной экономической деятельности, мотивация уплаты или неуплаты налога, нравственная и правовая характеристика этой мотивации. Наиболее важной характеристикой налоговой культуры является необходимость ее длительного формирования. В качестве положительного момента выступает поддерживающая социальные и политические функции религиозная основа менталитета.

Функции налоговой культуры могут рассматриваться как функции латентности налоговой системы как института социального управления. На наш взгляд, компонентами налоговой культуры являются осуществление на практике норм налогового права, сложившаяся технология определения, сбора и распределения налоговых средств, гражданское и религиозное самосознание налогоплательщиков.

Осуществление на практике норм налогового права свидетельствует о развитии налоговой культуры в целом. Налоговое право предоставляет субъектам налоговых установлений и исполнителям этих установлений совокупность обязательных для них правил поведения, а также определяет санкции за отклонение от них. Однако нормы налогового права часто трансформируются в конкретной деятельности. Двусмысленность налогового права, его противоречивость и инструктивная перегруженность дезинтегрируют налоговую систему, подрывают возможности осуществления экономических, политических и социальных функций. Так, функция смягчения социального неравенства не будет выполнена, если противоречия налогового законодательства, большое количество налоговых льгот сведут на нет прогрессивность налогообложения. Без правовой поддержки социальные функции налоговой системы останутся простой декларацией.

Функциональным заменителем налогового права может стать любая другая система общеобязательных норм, устанавливающая санкции для нарушителей.  Ярким примером здесь служат жесткие религиозные системы норм.

Технология – это совокупность научно обоснованных процедур и операций, характеризующих последовательность действий по реализации сложного процесса оптимальным способом. Технология определения, сбора и распределения налоговых средств характеризует особенности государственного управления, работу налоговых служб и налоговых агентов, степень включения гражданского общества в перераспределительный налоговый механизм. Так, предполагается, что определение величины налоговых платежей, их структуры, способов уплаты и распределения должно происходить в соответствии с реальной необходимостью, а не под воздействием лоббирования или авторитарного догмата органов государственной власти.

Следующий компонент налоговой культуры – гражданское и религиозное самосознание налогоплательщиков – формируется в процессе социализации. Такие религиозные системы, как протестантизм или конфуцианство в целом в большей мере способствуют осуществлению гражданских обязанностей по уплате налога и контролю над налоговой системой. Сформировавшийся «культурный» стержень может позволить уплачивать налоги и контролировать их перераспределение даже в крайне неблагоприятных экономических, политических и социальных условиях. Также гражданское самосознание вполне может быть «привито» в случае правильной организации системы образования.

Все компоненты налоговой культуры взаимосвязаны и переходят один в другой. Детальную технологию невозможно создать без налогового права, а последнее не будет действенным, если религиозное и гражданское самосознание налогоплательщиков этому не способствует. Поэтому дисфункциональность налоговой культуры негативно отражается на осуществлении всех остальных функций налоговой системы.



[1] Парсонс Т. Общетеоретические проблемы социологии // Социология сегодня. Проблемы и перспективы. Американская буржуазная социология середины ХХ века. М., 1965. С. 29.

[2] См.: Мертон Р. Явные и латентные функции. С.414-416.

[3] См.: Дмитриев М.П. Налогообложение в системе регулирования народного благосостояния (социальные аспекты). Автореф. дис. на  соискан. учен. степ.  к.с.н. С.14.

[4] См.: Всё начиналось с десятины: Этот многоликий налоговый мир. М., 1991. С.51-52.

[5]Так, в США, несмотря на то, что ставки подоходного налога не менялись, фактический уровень обложения семьи со средним доходом вырос с 17% в 1965 г. до 28% в 1980 г. Подобный феномен объясняется тем, что номинальные доходы большинства представителей «среднего класса» росли под влиянием инфляции, что автоматически переводило многих в более высокую категорию налогоплательщиков и соответственно заставляло выплачивать более высокий процент дохода. Каждый процентный пункт увеличения темпов инфляции сопровождался ростом поступлений от подоходного налога на 1,6%. Только в 1980 финансовом году казначейство США благодаря инфляционному фактору получило дополнительно 12 млрд. дол. подоходного налога. См: Караваева И.В. Налоговое регулирование рыночной экономики. М., 2000. С.28-29.

[6] Слово «уставити» в древнерусском языке было полисемитичным и означало, в частности, положить, назначить, определить, а слов «устав» – предел, граница. Под «уроком» в Древней Руси понимали, наряду с другим, плату, подать, налог. Фроянов И.Я. Рабство и данничество у восточных славян. СПб., 1996. С. 401.

[7] См. напр.: Ле Гофф Ж. Цивилизации средневекового Запада. М., 1992. С. 231.

[8] Цит по.: Чернов И.В. Правоцентристская коалиция во Франции и европейская интеграция // Вестник СПбГУ. 1998. Серия 6. Вып.1. С. 108.

[9] См.: Стиглиц Дж. Экономика государственного сектора. М., 1997. С.10-28.

[10] Липсет С. Политическая социология // Социология сегодня: проблемы и перспективы. М., 1965. С.148.

[11] Самуэльсон П. Экономика. М., 1964. С.211.

[12] См.: Аткинсон Э.Б., Стиглиц Дж.Э. Лекции по экономической теории государственного сектора. М., 1995. С.130, 213-214, 531.

[13] Якобсон Л.И. Экономика общественного сектора: основы теории государственных финансов. М., 1996. С.142.

[14] Налоги и налоговое право. С.61.

[15] Дмитриев М.П. Налогообложение в системе регулирования народного благосостояния (социальные аспекты). С.14.

[16] Могут иметь разное название- взносы на социальное страхование, отчисления во внебюджетные фонды и т.д. По сути, они являются налогами, так как отвечают критериям обязательности и регулярности сбора.

[17] Доля налоговых поступлений в ФСС в общем объеме налоговых поступлений в послевоенный период постоянно возрастала. Так, в США она возросла в четверо, а ставка федерального налога на социальное страхование увеличилась с 2% в 1949 г. до 15,3% в 1990-м. В настоящее время в среднем по странам ОЭСР налоговые поступления по взносам социального страхования практически сравнялись с поступлениями от подоходного налога, а в некоторых даже превысили (Япония, Нидерланды). Несомненно, эта тенденция отражает изменения в современной социальной структуре общества: старение населения, изменение структуры семьи (увеличение числа одиноких родителей), рост безработицы. В России, где доля пожилых людей превышает 12%, налоговые доходы на соцобеспечение существенно превышают поступления от подоходного налога. См.: Караваева И.В. Налоговое регулирование рыночной экономики. С.11-12.

 

[18] Лебедева Л.Ф. США: государство и социальное обеспечение. Механизм регулирования. М., 2000. С.125.

[19] Рывкина Р.В. Между социализмом и рынком: судьба экономической культуры в России. М., 1994. С.27.

Тема 4. Налоговая система как институт социального управления

Налоговая система как институт социального управления – это устойчивая и организующая социальную жизнь система налоговых установлений, координирующая взаимодействие субъектов этих установлений с целью финансирования общественной солидарности.

Конкретные характеристики налоговой системы определяются сочетанием в управлении противоречивых сторон налогов.

Дихотомия «обязательность – добровольность». Общеизвестным является, что налоги – это обязательные платежи. Однако, вместе с тем, можно рассматривать налог как добровольную плату за солидарность. Финансирование солидарности требует и обязательности, и, при этом, добровольности. Если налогоплательщик имеет категорические возражения против уплаты налога, он найдет способ не платить. Если же функционирование налоговой системы основано на принуждении, то налог утрачивает свою социальную сущность и становится побором, где побор – это произвольно назначенная с точки зрения налогоплательщика выплата, взысканная с помощью системы принуждения без какого-либо встречного возмещения. Превращение налогов в поборы приводит к уклонению от них.

Дихотомия «безэквивалентность – компенсация». Налоги безэквивалентны, но налогоплательщик будет уклоняться от их уплаты, если он не считает, что его налоговый платеж компенсирован социальными услугами получателя.

Поэтому компенсационный характер налогов и их добровольность являются критериями отличия налогов от поборов. Однако нельзя утверждать, что налоги всегда добровольная уплата, которая в полной мере компенсируется встречным возмещением. Если налоги и добровольны, то только в силу развития самоконтроля налогоплательщика, а также контроля за его действиями со стороны институтов гражданского общества.[1] Следовательно, речь идет об определенной мере добровольности и компенсируемости, полное отсутствие которых превращает налог в побор.

Поэтому успешность разрешения указанных дихотомий является индикатором демократичности государства и степени развития гражданского общества, так как в силу сопричастности каждого гражданина к налогам, они являются полем для оттачивания системы общественного контроля и  способом вовлечения каждого в систему отношений, присущих гражданскому обществу. Последнее особенно важно для стран, только вставших на путь формирования гражданского общества.

Исходя из этого, главным условием полноценного функционирования налоговой системы является демократизация общественной жизни, которая выражается в наличии обратной связи между налогоплательщиками и устанавливающими налоги органами власти, возможности контроля со стороны налогоплательщиков за определением, сбором и распределением налоговых средств, развитии системы образования граждан-налогоплательщиков.

При отсутствии демократизации общественной жизни налоговая система не является самостоятельным институтом, а играет лишь вспомогательную роль как дополнительный источник доходов лиц, установивших налоги.  Налоги в данном случае не имеют принципиальных отличий от поборов и ассоциируются с последними.

Мы исходим из того, что о современной налоговой системе можно говорить как об институте социального управления с момента формирования ее основных функций, т.е. с момента формирования как нормативно-ролевого института управления, где главным субъектом установления является государство, стремящееся решить задачи общества, а для общества создается возможность проконтролировать налогово-бюджетный процесс.[2] Поэтому мы подробно рассмотрим функциональную структуру налоговой системы как института социального управления.



[1] Иначе говоря, речь идет об институционализированной добровольности, а не добровольности по принципу «хочу плачу, хочу – нет». Здесь добровольность связана с фактом отсутствия видимого принуждения.

[2]Досовременная или постсовременная налоговые системы, на наш взгляд, могут выступать в качестве инструментальных или коммуникативных институтов соответственно, но налоговая система современного государства имеет нормативно-ролевой характер.

Тема 3. Субъекты налогообложения

можно определить узкий и расширенный составы участников-субъектов налоговой системы как института социального управления (субъектов управления налоговой системой) с целью финансирования общественной солидарности.

Узкий состав субъектов обычно описывается формулой «налогоплательщик – государство», но на самом деле государство здесь необходимо только как перераспределительный механизм и/или как производитель социальных услуг. Поэтому реальными субъектами являются «плательщик – благополучатель», которые могут быть представлены в одном лице: налогоплательщик-гражданин. Если плательщик или благополучатель не могут произвести необходимые социальные услуги, появляется третий субъект – производитель социальных услуг. В общем виде в качестве производителя социальных услуг выступает государство, но также им могут являться институты гражданского общества: коммерческий и некоммерческий секторы, органы местного самоуправления, а также внелегальный сектор. Появляется расширенный состав участников-субъектов управления, взаимодействие которых строится по нескольким направлениям.

Во-первых, используется государство как центр политической системы и в настоящее время главный субъект управления налоговой системой. Здесь возникают линии:

1)  «налогоплательщик – государство – благополучатель», где государство перераспределяет  средства через общегосударственный (федеральный) бюджет, налогоплательщик и благополучатель могут быть одним и тем же лицом, однако отсутствуют действенные механизмы контроля за налогово-бюджетной деятельностью государства;

2)  «налогоплательщик – частный сектор – ассоциации частного сектора – государство – благополучатель»,  где частный сектор выступает в качестве корпоративного налогоплательщика и в зависимости от степени политического развития может через профессиональные ассоциации  лоббировать свои интересы при определении и распределении налоговых платежей;

3)  «налогоплательщик – некоммерческие организации – государство- благополучатель», где некоммерческие организации могут служить проводниками узкоспециализированных интересов конкретных налогоплательщиков прежде всего при распределении налоговых средств, однако действенность влияния некоммерческого сектора будет зависеть от степени развития гражданского общества;

4)  «налогоплательщик – органы местного самоуправления – государство – благополучатель», где децентрализация принятия налоговых решений может приблизить сферу определения налоговых и бюджетных приоритетов к конкретному налогоплательщику.

Во-вторых, когда государство не используется в качестве субъекта управления налоговой системой. Здесь возникают линии:

1)  «налогоплательщик – благополучатель», где социальные задачи ставятся и решаются в конкретном взаимодействии без посредников;

2)  «налогоплательщик – некоммерческие организации – благополучатель», где определение налогового платежа и порядка его распределения происходит частным демократическим порядком, однако также носит обязательный характер для налогоплательщика, несущего солидарную ответственность, т.е. имеет место институционализированная благотворительность[1];

3)  «налогоплательщик – органы местного самоуправления – благополучатель», где уровень местной власти, формируемой гражданами, самостоятельно решает определенный круг социальных задач, собирая на него определенные средства;

4)  «налогоплательщик – частный сектор – благополучатель», где частный сектор может оказывать социальные услуги на коммерческой основе для любого конкретного налогоплательщика – благополучателя и/или брать на себя социальное обеспечение сотрудников за счет созданной ими прибавочной стоимости, выступающей в качестве латентного налога;

5)  «налогоплательщик и/или частный сектор – внелегальный сектор – благополучатель», где внелегальный сектор оказывает социальные услуги на коммерческой основе, стоимость которых конкурентоспособна по сравнению со стоимостью, запрашиваемой государством, а услуга более конкретна для налогоплательщика -благополучателя (теневой сектор), или где внелегальный сектор оказывает социальные услуги безвозмездно в целях поддержания солидарности (неформальные сети поддержки). Сам факт существования внелегального сектора не является однозначно негативным, так как он является основной структурой участия гражданского общества в качестве субъекта управления налоговой системой в случае, если другие структуры (НКО, МСУ) неразвиты, а государство решает исключительно свои задачи, не совпадающие с задачами общества.

Исходя из расширенного состава субъектов управления налоговой системой, можно сказать, что объектом их управленческой деятельности являются не люди (налогоплательщики, представители налоговых администраций и др.), а перераспределительные процессы, осуществляемые институтом налоговой системы и включающие в себя определение, сбор, распределение налоговых платежей, а также контроль за ними.

При этом по приведенной схеме расширенного состава субъектов управления налоговой системой может возникнуть несколько возражений:

  • в качестве налогоплательщиков и благополучателей, причем основных, выступают также и коммерческий (и даже некоммерческий) секторы, а не только граждане;
  • налогоплательщики и благополучатели могут быть не гражданами (не резиденты);
  • государство обладает монополией на легитимное принуждение, и именно оно контролирует всю налоговую систему в лице налоговых администраций.

        В ответ на эти возражения можно выдвинуть следующее.

В любой коммерческой или некоммерческой организации есть лицо, принимающее решения по поводу налогов. Оно (или они), являясь социализированной личностью и гражданином, принимает налоговые решения, опираясь на определенные установки и при определенных обстоятельствах конкретно-исторического времени. Поэтому, в конечном счете, поведение «секторов» зависит от граждан.

Даже если налогоплательщики и благополучатели не являются гражданами определенной страны (не резиденты), то можно отметить, что гражданин и резидент – это не одно и то же. Нынешний век глобализации, новых технологий, ядерного оружия и т.д. необходимо требует определенного уровня социальной стабильности в мире в целом, поэтому сейчас понятие «гражданин» имеет более широкое звучание, не связывающее его только с принадлежностью к конкретному государству. Поэтому, если не резидент живет в РФ и платит здесь налоги, его положение (позиция по отношению к налоговой системе) не должно каким-то существенным образом отличаться от положения граждан. Если не резидент должен платить налоги в РФ, но живет в другой стране, к тому же принимает решения по поводу налогов какой-либо корпорации, то эта ситуация требует определенного осмысления. Данный налогоплательщик все равно заинтересован в том, чтобы для функционирования его дела существовали определенные правила, законы и т.д. Но то, что его заинтересованность в развитии РФ будет ниже, это очевидно. Такие ситуации неизбежны и требуют повышенного контроля со стороны как государства, так и гражданского общества.

И на последнее возражение – «государство обладает монополией на легитимное принуждение, и именно оно контролирует всю налоговую систему в лице налоговых администраций» – уже ответила фискальная социология, показавшая, что это является идеальным и труднодостижимым вариантом. На практике, когда даже государственные чиновники берут взятки и помогают уклоняться от налогов, сложно считать государство единственным субъектом управления налоговой системой и, соответственно, карательных мер за уклонение от налогов.  Но в отличие от позиции фискальной социологии, мы полагаем, что государство и не должно контролировать всю налоговую систему. В части местных бюджетов управление налоговой системой должны осуществлять органы местного самоуправления, являющиеся частью гражданского общества.

Поэтому расширенный состав участников-субъектов управления налоговой системой, на наш взгляд, позволяет описать  функционирование и развитие налоговой системы, исходя из определения сущности налога как финансирования общественной солидарности. Вместе с тем конкретное взаимодействие этих субъектов может как позитивно, так и негативно сказываться на развитии общества в целом. Поэтому всегда в конкретный момент времени может быть поставлена задача упорядочивания этого взаимодействия с помощью создания нормативных идеальных моделей функционирования налоговой системы как института социального управления.



[1] Благотворительность – это как оказание материальной или иной помощи нуждающимся, так и участие в охране мира, природы, культурных ценностей, другие действия, направленные на благо людей. См.: Яценко Н.Е. Толковый словарь обществоведческих терминов. СПб., 1999. С. 46. Мы полагаем, что институционализированная благотворительность имеет место тогда, когда возникают институты благотворительности, предъявляющие требование участия в благотворительной деятельности. Институционализированная благотворительность сейчас широко распространена в мире и связана с необходимостью предотвращения или смягчения диспропорций в социальном развитии народов, стран, регионов и отдельных групп. Поэтому помощь и/или участие в добровольных движениях, связанных с благотворительностью, является в большей мере обязательным для поддержания социального статуса участвующего. Хотя и не существует законодательно оформленных требований этого участия, отказ от благотворительной деятельности может привести к применению против отказавшегося социальных санкций, принимающих самые различные формы. Таким образом, благотворительность хоть и не управляется институтом государства,  управляется институтами гражданского общества.

Тема 2. Понятие налога в социальных науках

Налоги в основном являются объектами изучения экономической и юридической наук. В контексте данных дисциплин сущность налога определяется как изъятие государством определенной части валового внутреннего продукта в виде обязательного взноса. В качестве важнейших экономико-правовых признаков налога указываются следующие:

  • налог представляет собой отчуждение части собственности частных субъектов в пользу государства при внесении налоговых платежей в бюджет;
  • установление налога, а также его взимание осуществляются в порядке и на условиях, определяемых законодательными актами;
  • налог – это обязательный взнос, т.е. в силу закона налогоплательщики при определенных условиях обязаны осуществлять уплату налогов;
  • налог – это безвозмездная уплата, которая характеризуется односторонностью, безэквивалентностью и безвозвратностью. Безвозмездность означает, что денежные средства, уплаченные в качестве налога, переходят в государственный бюджет без получения встречного возмещения или удовлетворения конкретного плательщика.  Обязательства по уплате налога являются односторонними, и в налоговых правоотношениях существует только одна обязанная сторона – налогоплательщик. Государство, получая в бюджет налоги и налоговые платежи, не принимает на себя каких-либо встречных обязательств перед налогоплательщиками и не должно что-либо совершить в его пользу. В то же время плательщик, уплатив налог, не приобретает каких-либо прав. Конечно же, данное положение должно пониматься в узком смысле, т.е. не возникает прямой выгоды для конкретного плательщика. Между тем, налоги безэквивалентны, и пользование общественными благами никак не пропорционально величине налогов, уплаченных налогоплательщиками.[1]

В соответствии с экономико-правовой трактовкой налоги рассматриваются как фискальные механизмы, созданные государством и государственным аппаратом для финансирования своих расходов. Так, в ст. 8 Налогового кодекса РФ дано следующее определение налогов: «Под    налогом   понимается   обязательный,   индивидуально   безвозмездный платеж,  взимаемый с организаций и физических лиц  в   форме   отчуждения   принадлежащих   им  на  праве  собственности,   хозяйственного  ведения  или  оперативного   управления   денежных   средств в целях финансового обеспечения деятельности государства и  (или) муниципальных образований».[2] В Налоговом кодексе РФ акцент ставится только на обязанностях налогоплательщиков.  Права налогоплательщикам, фактически, даются только для исполнения их обязанностей по уплате налогов (ст.21).

Рассмотрение налога в качестве экономико-правовой категории напрямую связанно с действующим законодательством. Жесткость определений здесь обусловлена стремлением объяснить прямое действие налога.

Однако Т.Ф. Юткина, одна из инициаторов создания новой дисциплины – налоговедения, совершенно правомерно отмечает, что необходимо учитывать философскую трактовку налога. Философия налога, по ее мнению, – это мировоззренческое учение о восприятии налога как осознанной общественной необходимости. Большой интерес представляет следующее замечание Т.Ф. Юткиной: «Особую важность в развитии демократических основ налоговых правоотношений приобретает такой раздел налогового права, как социология налогообложения».[3] Мы не можем согласиться с тем, что социология налогообложения – это раздел налогового права, скорее – это возможный раздел социологической науки. Но само стремление ввести социологию в структуру отечественных юридических представлений о налоге нам представляется чрезвычайно актуальным.

Одну из социологических интерпретация налога предлагает фискальная социология, развивающаяся в рамках экономической социологии. Основные выводы фискальной социологии основываются на изучении повседневных практик в сфере налоговых отношений с помощью методик нестандартизированных (нарративных) интервью с предпринимателями, представителями налоговых органов, экспертами.

Фискальная социология дает расширенную трактовку налога. Различаются формальные и неформальные налоги. Если формальные налоги направлены на финансирование государства, то неформальные – на финансирование определенных групп (коррумпированных чиновников, бандитов и т.д.) Взимание формальных государственных налогов не является односторонней передачей ресурсов от одних субъектов другим, а представляет собой достаточно сложную форму сделки, в которой налог, по сути, является платой за некоторую совокупность услуг по обеспечению прав собственности, предоставляемых государством, а объем и ставка налогов выступает как цена этих услуг. Вместе с тем агентами налогообложения могут выступать не только представители государства, но и другие агенты, имеющие возможность оказывать силовое воздействие на экономических субъектов и предлагать им определенные услуги по регулированию отношений собственности. Поэтому отношения по поводу размера и способа уплаты налога лишь в небольшой своей части носят формализованный характер, то есть следуют законодательным и процедурным нормам. Соответственно и денежные платежи государственным налоговым инстанциям составляют лишь некоторую долю налоговых выплат. В остальном же налоговые отношения являются совокупностью персонализированных отношений между хозяйствующими субъектами и различными инстанциями налогообложения, представляющими как государство, так и частные неформальные организации или группы, причем граница между ними часто носит условный характер.[4]

Итак, в соответствии с концепцией фискальной социологии, налог – это плата за услуги, размер которой является результатом сделки между договаривающимися сторонами. Отличием концепции фискальной социологии от известной концепции представителей экономики общественного (государственного) сектора[5] является более широкое социологическое понимание налога, когда все явления «платежа за социальные услуги» приравниваются к налогу, вне зависимости от того, является ли государство основным субъектом взимания налоговых платежей.[6]

В таком случае основным вопросом является вопрос – нормальна ли данная ситуация, или требуется управленческая корректировка сложившейся практики? При ответе, на наш взгляд, нельзя ограничиваться исследованием повседневных практик, важно более детально изучить социальную сущность налогов. Здесь можно отметить вклад М.П. Дмитриева, предлагающего рассматривать налогообложение как управленческую деятельность по регулированию социальных и экономических процессов в обществе посредством фискальных инструментов, направленную на достижение поставленной в интересах всего общества цели. По его мнению, налоги – это специфическое социальное отношение, связанное с процессом производства, распределения и присвоения части материальных, социальных и духовных благ в масштабах общества.[7]

Итак, можно отметить, что налоги необходимы, но их необходимость связана не с финансированием деятельности государства как таковой, а с решением общественных задач. При этом для финансирования общественных задач требуются определенное единство мнений и действий, осознание необходимости взаимопомощи и поддержки членов общества, совместной ответственности.

Исходя из этимологического значения солидарности как деятельного сочувствия каким-нибудь мнениям и действиям, единодушия, общности интересов, можно сказать, что реально финансирование общественных задач выступает как финансирование общественной солидарности. Поэтому мы полагаем, что социальная сущность налогов состоит в финансировании общественной солидарности.

Следовательно, налоги могут выступать в качестве платы за социальные услуги и гарантии, но сами социальные услуги не обязательно носят индивидуальный характер. Существует часть услуг, которые индивид может использовать только вместе со всеми. Солидарность в данном случае означает определенный примат общих интересов над индивидуальными. Солидарность необходима, так как соблюдение только узко трактуемых индивидуальных интересов сделает невозможным существование общества, и, в конечном счете, нормальную жизнь индивида.

В современных государствах налоги функционируют не изолированно друг от друга, а в определенной системе, где действие одних налогов ограничивается действием других. Это требует выбора в качестве объекта исследования не собственно налога, а системы налогов или налоговой системы.

Обычно налоговая система характеризуется как совокупность налогов, сборов, пошлин и других платежей, взимаемых с налогоплательщиков в установленном порядке.[8] Это определение легло в основу российского законодательства. Например, согласно ст.2 Закона «Об основах налоговой системы», «совокупность налогов, сборов, пошлин и других платежей (далее – налоги), взимаемых в установленном порядке, образует налоговую систему».[9]

Вместе с тем исследователи налоговой системы считают данное определение на совсем удачным. Например, А.В. Брызгалин полагает, что налоговая система не является простой совокупностью налогов, поскольку систему нельзя определить как простую совокупность элементов. Налоговой системе свойственны признаки, характеризующие любую систему, – поэлементный состав системы, взаимозависимость элементов, органическая цельность  и единство, непрерывное развитие и т.д.  Ввиду этого  определение, данное законодателем, не включает в себя ряд следующих обязательных элементов, которые непосредственно формируют налоговую систему любого государства: систему налоговых органов, систему и принципы налогового законодательства, принципы налоговой политики, порядок распределения налогов по бюджетам, формы и методы налогового контроля, порядок и условия налогового производства, подход к решению проблемы международного двойного налогообложения и др.

Отсюда А.В. Брызгалин вслед за  С. Пепеляевым определяет налоговую систему как взаимосвязанную совокупность действующих в данный момент в конкретном государстве существенных условий налогообложения. При этом А.В. Брызгалин подчеркивает, что понятия «налоговая система» и  «система налогообложения» нетождественны. Налоговая система – более широкое понятие, так как она характеризуется экономическими и политико-правовыми показателями.[10]

Т.Ф. Юткина полагает, что «под налоговой системой понимается совокупность налогов, пошлин, сборов, взимаемых на территории государства в соответствии с Налоговым кодексом, а также совокупность норм и правил, определяющих правомочия и систему ответственности сторон, участвующих в налоговых правоотношениях».[11]

Из определений А.В. Брызгалина и Т.Ф. Юткиной, можно сделать вывод, что налоговая система – это институт, значение которого трактуется весьма широко. Он определяет «правила игры» для всех участников налоговых правоотношений – налогоплательщиков, налоговых агентов (сборщиков налогов) и налоговых администраций (налоговых органов)[12], является отражением принципов налогово-бюджетной  политики в целом.

В западной литературе также преобладают расширенные трактовки понятия «налоговая система». Так, П. Самуэльсон пишет, что современные налоговые системы представляют собой  компромисс. В них придается то или иное значение и принципам налогообложения соразмерно выгоде, и принципам перераспределительных пожертвований, и целесообразности, и политическим убеждениям[13]. При этом указывается на жесткую взаимосвязь налоговой и бюджетной систем. Дж. Стиглиц в своей работе «Экономика государственного сектора» первоначально освещает структуру государственных расходов (на образование, здравоохранение, социальное обеспечение, оборону и др.) и лишь затем переходит к налоговым методам увеличения государственных расходов[14]. В целом среди западных экономистов принято рассматривать налоговую систему как компромисс социальных сил,  достигнутый как по порядку сбора налогов, так и по направлениям их использования.

Исходя из указанных определений, подчеркнем особенности налоговой системы.

Функционирование и развитие налоговой системы неразрывно связаны с определением направлений расходования собранных с помощью налогов средств, т.е. с бюджетированием. В связи с этим часто определения налоговой и бюджетной сфер объединяются в одно – «налогово-бюджетная сфера», «бюджетно-налоговые отношения».[15] Налоговая система не совпадает с бюджетной. Но, так как налоги являются основной доходной частью бюджета[16], а порядок расходования бюджетных средств связан с социальной сущностью налога, рассмотрение налоговой системы включает в себя изучение процесса бюджетирования.

Такой подход тождественен понятию «фискальный», применяемому для исследования налогово-бюджетных отношений за рубежом.[17] Само установление налогов неразрывно связано с процессом бюджетирования расходов, на покрытие которых взимаются налоги, и контролем за распределением налоговых средств. Здесь налоговая система предстает как перераспределительный механизм.

Налоговая система упорядочивает отношения между субъектами налоговых установлений (т.е. субъектами управления налоговой системой). Исходя из включения процесса бюджетирования в рассмотрение налоговой системы, необходимо отметить что, если гражданин-налогоплательщик платит налоги на покрытие определенных расходов, то он должен иметь возможность проконтролировать целевое использование `большей части использованных средств.

И имущие, и малоимущие (неимущие) являются гражданами-налогоплательщиками.[18] Налоговая система как перераспределительный механизм отнимает доходы одних и передает другим. Но и те, и другие должны иметь возможность контроля за этим процессом. Первые – для того, чтобы убедиться, что их средства (утраченные возможности) достигли цели, вторые -  для того, чтобы выяснить, соответствуют ли полученные ими возможности утраченным возможностям первых. Прозрачность этого процесса позволяет оценить качество управления.

Однако в Налоговом кодексе РФ (ст.21) гражданские права налогоплательщиков существенно сужены, ничего не говорится о праве налогоплательщика требовать от государства отчета об использовании уплаченных им налогов, не признается необходимости контроля налогоплательщиков за перераспределительным механизмом налоговой системы. Это не просто законодательная ошибка, а последствие низкой активности граждан, слабости их стремления осуществлять контроль за расходами государства.

Проблема более активного вовлечения граждан-налогоплательщиков в процесс управления налоговой системой ставится и на Западе. В конце ХХ века проявились новые тенденции в развитии налоговой системы. Кризис идеи социального рыночного хозяйства в развитых странах, провал институциональных реформ в странах бывшего СССР, появление идеи многополярного мира и, следовательно, его институционального разнообразия выдвинули новые требования к анализу институтов и налоговой системы в частности.

Сейчас приходится еще раз возвращаться к вопросам, ответы на которые казались очевидными: в чем социальное предназначение налогов, почему растет уклонение от них, следует ли государство финансировать с помощью налоговой системы или надо прибегнуть к другим инструментам, в какой мере налоговая система может быть децентрализована, могут ли налогоплательщики контролировать налоговую систему, возможно ли создание налоговой системы на иных основах, решающих ее нынешние проблемы и т.д.  В этом плане определенный интерес представляет изучение налоговой системы как института социального управления.

Налоговая система как институт социального управления:

n это устойчивое использование налогов как средств решения социальных задач с помощью системы государственного управления, т.е. институт государства;

n это включение представителей гражданского общества в широкое обсуждение источников и направлений расходования налоговых средств через их участие в функционировании некоммерческих организаций (НКО) и органах местного самоуправления (МСУ), которое в конечном счете мобилизует гражданское общество, т.е. это – институт гражданского общества;

n это конкретное разрешение противоречия между централизацией и децентрализацией в управлении налоговой системой, между огосударствлением и возрастанием роли гражданского общества, где огосударствление является предпосылкой и платформой развития негосударственного налогового контроля гражданского общества, а последнее в свою очередь открывает перспективы для повышения государственной эффективности, т.е. это результат «снятия» противоречия между институтами государства и институтами гражданского общества, конкретно-историческая конфигурация государственных и гражданских институтов управления налоговой системой.

Говоря о гражданских институтах управления, мы должны коснуться вопроса об естественных основаниях налоговой системы и системы поборов в современном обществе[19].  На наш взгляд, существует неорганизованный формально и контролируемый неформальными нормами спектр явлений, который, на первый взгляд, никак нельзя отнести к налогам, но который обладает их существенным признаком. Речь идет о плате за солидарность в группе. Без какой-либо формы финансового единства (бюджета, например) невозможно долговременное существование любой группы людей. Находясь в коллективе и пользуясь благами коллективного принятия решений, любой человек склонен поддерживать это единство, ощущая, если не экономическую, то социальную (эмоциональную, психологическую и др.) его эффективность.

В западных исследованиях изучаются «неформальные сети поддержки», главным примером которых является семья как набор нормативных родственных связей и домохозяйство как базовая единица  совместного проживания. Домохозяйство является для своих членов основой в их стремлениях справиться с возникающими проблемами. В случае отсутствия государственных программ социальной помощи индивидуальное благополучие и выживание зависит от того, как семья заботится о своих членах, объединяя часть средств в «общий котел». С помощью семьи, индивидуальные члены включаются в более широкие дружеские сети, позволяющие преодолеть трудности.[20]  «Неформальные сети поддержки» являются естественной основой налоговой системы, которая необходимо существует.

Однако следует заметить, что эту естественную добровольную форму стремления к самообеспечению коллективной  деятельности не следует путать со столь же естественной, но не столь добровольной, в основе ориентированной на экономические выгоды формой, определяемой понятием «побор». Она также функционирует в рамках неформальной экономики. В качестве примера можно привести систему патрон-клиент, когда патрон «собирает дань» в виде неформальных натуральных и денежных поборов и/или разнообразных услуг, или взаимосвязанную с ней систему фаворитизма.[21] Это естественное основание налоговой системы как  правило  ограничено  разме-

рами малых и средних групп.[22]



[1] См.: Налоги и налоговое право / Под ред. А.В. Брызгалина. М., 1998. С.93-99.

[2] Налоговый кодекс Российской Федерации. Части первая и вторая  (по состоянию на 01 января 2001 г.) СПб., 2001. С.8.

[3] Юткина Т.Ф. Налоги и налогообложение. М., 1999. С. 120. Во втором издании книги «Налоги и налогообложение» Т.Ф. Юткина связывает социологию налогообложения с пониманием налога как социально-нравственной категории. Юткина Т.Ф. Налоги и налогообложение. Изд. 2-е, перераб. и доп. М., 2001. С. 170.

 

[4] Волков В. Конкуренция за налогоплательщика.  Введение // Конкуренция  за налогоплательщика. Исследования по фискальной социологии / Под ред. В. Волкова. М., 2000. С. 3-6.

[5] См., напр.: Якобсон Л. И. Экономика общественного сектора. Основы теории государственных финансов. М., 1996. С.119.

[6] Волков В. Конкуренция за налогоплательщика. Введение. С. 5-6. По результатам анонимного опроса предпринимателей, 85% из них предпочли бы отдавать часть получаемых доходов своей “крыше”, чем платить налоги государству. См.: Соловьев И.Н. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика налоговых преступлений по УК РФ 1996 г.// Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 1999. N 1. С. 85.

[7] Дмитриев М.П. Налогообложение в системе регулирования народного благосостояния (социальные аспекты). Автореф. дис. на  соискан. учен. степ.  к.с.н. СПб., 1999. С.14-15.

[8] См., напр.: Налоги / Под ред. Д.Г. Черника. М., 1996. С. 35.

[9] В действующем Налоговом кодексе РФ определение налоговой системы отсутствует.

[10] Налоги и налоговое право. С.177-178.

[11] Юткина Т.Ф. Налоги и налогообложение. 1999. С.59.

[12] Перечислены участники налоговых правоотношений в соответствии с действующим Налоговым кодексом РФ (ст. 19-25, 30-37). Налоговые администрации – государственные органы, определяющие порядок налогообложения. В РФ – это Министерство по налогам и сборам (МНС), Федеральная служба налоговой полиции, Государственный таможенный комитет, финансовые и казначейские органы (Минфин). Налогоплательщики – субъекты налоговых отношений, на которых законом возложена обязанность уплачивать налоги за счет собственных средств. Лица, содействующие уплате налогов – это  (1) банки и иные кредитные организации; (2) налоговые агенты и сборщики налогов; (3) прочие лица (суды, государственные нотариусы и др.)

 

[13] Самуэльсон П. Экономика. М., 1964. С.206.

[14] Стиглиц Дж. Экономика государственного сектора. М., 1997. С.51.

[15] Юткина Т.Ф. Налоги и налогообложение. 1999. С.63.

[16] Налоги являются не единственной доходной частью бюджета, но в современных государствах они стали основным источником пополнения бюджетных средств.

[17]Здесь термин «фиск» совпадает с понятием «казна».

[18]Для того, чтобы малоимущих искусственно сделать налогоплательщиками американские экономисты предлагают ввести негативный подоходный налог. Эта идея еще находится в стадии разработки. Позитивный подоходный налог уплачивается семьями, когда их доход поднимается выше определенного уровня. Негативный подоходный налог уплачивается органами власти тем семьям, у которых доход падает ниже определенного уровня. Если этот налог действительно будет введен, все перераспределение доходов в обществе станет осуществляться с помощью налоговой системы. Макконнелл Кэмпбелл Р., Брю Стенли Л. Экономикс: Принципы, проблемы и политика. В 2 т. Т.2., М., 1992. С. 287-289. См. также: Van Parijs Ph. Competing Justifications of basic income // Van Parijs Ph. Arguing for basic income. N.Y., 1992. P.3-43.

[19] В социологии управления вопросы соотношения естественной и искусственной природы процессов управления, самоуправления и самоорганизации подробно исследованы А.В. Тихоновым. См.: Тихонов А.В. Социология управления. Теоретические основы. С.141-202.

[20] См.: Робертс Б. Неформальная экономика и семейные стратегии // Неформальная экономика. Россия и мир. С.321-325.

[21] См.: Ковалев Е. Взаимосвязи типа «патрон-клиент» в российской экономике //Неформальная экономика. Россия и мир С.125-137.; Парамонова С.П. Институт фаворитизма //Социология и  общество. Тезисы Первого Всероссийского социологического конгресса «Общество и социология: новые реалии и новые идеи». СПб., 2000. С.264-265.

[22] Естественные основы системы поборов в принципе могут распространиться на все общество, которое в таком случае будет напоминать мафиозное. Естественные же основы добровольного финансового участия, на наш взгляд, более ограничены в социальном пространстве современного общества.

 

Тема 1. Введение

Процесс налогового реформирования, затрагивающий многие страны мира выявил широкий спектр трудностей, которыми обусловлено управление налоговой системой во многих странах мира. Первые неудачи реформирования налоговой системы в России в 1990-е гг. и возникший затем широкомасштабный «теневой уход» от налогов привели к детальному анализу социальных функций налоговой системы в обществе. Если проблемы налоговой системы в РФ являлись следствием её институционализации, то в развитых странах они оказались результатом кризисного состояния сложившегося института налоговой системы, поиска нового баланса между социальными и рыночными задачами. По мнению западных специалистов, в 2000-х годах на первый план выступила проблема пересмотра основных постулатов социального рыночного государства, организации его институтов, в том числе налоговой системы.[1]

Возрастает социальная значимость изучения коммуникативных аспектов функционирования налоговой системы, которая является сферой взаимодействия граждан и органов власти, общества и государства, способом вовлечения каждого члена общества в систему его институтов. Необходимо дополнить традиционное изучение налогов как социально-экономического феномена с позиции экономической науки социолого-управленческим анализом, фокусирующим внимание на управленческой и коммуникативной роли налоговой системы в современном обществе.

Налоговая система выступает как институт, инициированный социальным управлением для решения определенных общественных задач, но в процессе ее институционализации утрачивается согласованность действий субъектов социального управления. В результате налоги перестают восприниматься населением как общественно необходимое явление. Это требует анализа более широкого круга социальных факторов функционирования налоговой системы, изучения ее как института, посредством которого осуществляется социальное управление в обществе.

Анализу налоговой системы, ее исторического развития и социально-экономических аспектов функционирования было уделено большое внимание  в отечественной и в зарубежной науке.

В трудах классиков теории налогообложения  А. Смита, Д. Рикардо, К. Маркса, Н. Тургенева, Дж. Кейнса и др.  представлен теоретический анализ процессов, происходящих в обществе под влиянием налоговой системы, содержится обоснование различных типов налоговых систем и принципов их построения. В данных работах рассматриваются не только  экономические, но и социальные последствия функционирования налоговых систем.

Представители экономики государственного сектора, например Э.Б. Аткинсон и Дж. Э. Стиглиц, анализируют налоги в системе государственных финансов. Они указывают на важность социологических исследований для принятия управленческих решений в области налогообложения, на многоаспектность и малопредсказуемость последствий налоговых изменений. При этом они считают, что поведение индивидов рационально. Однако с социологической точки зрения это весьма проблематично.

Функционирование налоговой системы анализируется также и отечественными учеными-экономистами: В.М. Аньишиным, А.И. Погорлецким, В.Н. Сумароковым, С.Ф. Сутыриным, Ц.М. Хасан-Беком, В.Ф. Шмелевым и др. В их работах налоговое регулирование рассматривается прежде всего в контексте экономического управления, а анализу социальных аспектов не придается должного значения. А.В. Брызгалин, С.Г. Пепеляев, К.В. Седов, Д.Г. Черник, Т.Ф. Юткина исследуют налоги, опираясь на экономико-правовой подход. При этом они указывают на необходимость комплексного, в том числе философского и социологического осмысления налоговой системы.

Из экономико-социологических работ, посвященных налогообложению, следует отметить работы исследователей неформальной экономики Дж. Гершуни, Э. Де Сото, В. Волкова, А. Леденевой, А. Яковлева и др., в которых рассматриваются неформальные механизмы ухода от налогов, причины перехода функций налоговой системы к неформальному сектору. В работах В.К. Потемкина исследуются вопросы искаженного восприятия населением экономических и социальных функций налогообложения, делается акцент на создании социальной стратегии налогообложения, развивающей малое предпринимательство. М.П. Дмитриев подробно изучает социальные аспекты налогообложения в системе регулирования народного благосостояния. Таким образом, в экономико-социологических работах подчеркивается социально-экономическое и политическое значение налоговой системы.

Характеристика исторического развития налоговой системы дается в работах Ф. Броделя, Л.С. Васильева, В.О. Ключевского, А.И. Першица, И.Я. Фроянова и др. В них содержится богатый исторический материал, позволяющий изучить процесс становления налоговой системы. Историки намечают некоторые пути социологического анализа налогов, что служит предпосылкой для формирования концепции институционализации налоговой системы как института социального управления.

Использование принципов налогообложения в государственной практике, взаимосвязь государства и гражданского общества как субъектов управления налоговой системой рассматриваются в работах Г. Веттерберга, Т.И. Виноградовой,  Х. Ламперта и др.

Таким образом, экономическое и социальное содержание налогов и налоговой системы было подвергнуто научному анализу.  Вместе с тем социология налогообложения является неразработанным и перспективным направлением социологических исследований.



[1] Веттерберг Г. Новое общество. О возможностях общественного сектора. М., 1999. С.14-15.

Кейс 14. Налоговое планирование. Продавец существует только на бумаге

Претензии налоговиков по поводу связей компании с однодневками можно обойти с помощью подотчетных лиц.

Работник компании не в состоянии квалифицированно проверить своего розничного контрагента. Если он представил кассовый и товарный чеки, работник может считать, что контрагент добросовестный.

Подотчетное лицо отчитывается на основании этих документов и авансового отчета – у компании есть аргументы для признания расходов и вычета НДС, если его сумма выделена в чеке ККТ ( п. 1 ст. 252 , п. 1 ст. 172 , п. 7 ст. 168 НК РФ, постановления Президиума ВАС РФ от 13.05.08 № 17718/07 , федеральных арбитражных судов Центрального от 05.08.10 № А64-3986/09 , Северо-Западного от 22.04.09 № А56-29646/2007 округов).

Если впоследствии выяснится, что продавец существует только на бумаге или является однодневкой, то обвинить компанию в неосмотрительности невозможно. Суды в аналогичных случаях встают на сторону налогоплательщика (постановления федеральных арбитражных судов Северо-Западного от 15.11.12 № А52-1635/2012 , Центрального от 07.07.09 № А64-578/08-26 (оставлено в силе определением ВАС РФ от 18.11.09 № ВАС-13355/09 ), Поволжского от 17.08.10 № А55-9028/2009 ( определением ВАС РФ от 22.12.10 № ВАС-17102/10 отказано в передаче данного дела в Президиум) округов). Однако если суммы таких расходов будут велики, то у проверяющих может возникнуть подозрение об искусственном создании затрат.

Источник: постановления федеральных арбитражных судов Северо-Западного от 15.11.12 № А52-1635/2012 ,Центрального от 07.07.09 № А64-578/08-26 Поволжского от 17.08.10 № А55-9028/2009 Округов

Кейс 13. Налоговое планирование. Ликвидация компании

При ликвидации компании не обязательно предварительно распределять прибыль. На основании писем Минфина России от 14.01.13 № 03-08-05 и от 07.04.11 № 03-08-05 можно доказать, что все полученное сверх вклада при разделе имущества ликвидированной компании является дивидендами по смыслу статьи 43 НК РФ. Главное, чтобы выплаты осуществлялись пропорционально долям участников.

Разъяснение дано относительно выплат нерезиденту, но нет оснований не применять его к доходам резидентов. А это значит, что налогообложение таких доходов осуществляется по ставкам 0 или 9 процентов (подп. 1 , 2 п. 3 ст. 284, п. 4 ст. 224 НК РФ).

Отметим, что Федеральный арбитражный суд Поволжского округа в постановлении от 18.11.10 № А55-4938/2010 для целей налогообложения также квалифицировал как дивиденды суммы, распределенные в пользу налогоплательщика при ликвидации общества и превышающие сумму вклада. При таком подходе учредители-резиденты будут избавлены от необходимости облагать доход, полученный сверх вклада в общество, по общим ставкам (20 или 13%).

Источник: письма Минфина России От 14.01.13 № 03-08-05 От 07.04.11 № 03-08-05

Кейс 12. Налоговое планирование. Информационный обмен

Как сообщает ФНС России в письме от 27.01.12 № 6-8-04/0003@ , инспекции могут отправлять компаниям по электронным каналам больше документов, чем раньше, например, требования о представлении документов или решения по проверкам. Это позволяет затянуть взаимодействие с налоговиками.

Формально документы, отправленные по почте и по электронным каналам связи, приравнены по статусу друг к другу. Однако днем получения электронного документа считается дата, когда компания отправила квитанцию о его приеме ( приказ ФНС России от 17.02.11 № ММВ-7-2/169@ ). Если в течение дня квитанции нет, считается, что компания документ не получала. Тогда инспекторы пошлют его обычной почтой и будут отсчитывать сроки, установленные для почтовых отправлений. Ответственность за то, что компания не подтвердила получение электронного документа квитанцией, в НК РФ не установлена. К примеру, если компания не подтвердит получение решения о привлечении к ответственности по электронке, то у нее будет еще шесть рабочих дней, пока бумага идет по почте ( п. 9 ст. 101 НК РФ ). Это время можно использовать для более качественной подготовки апелляционной жалобы.

Источник: Приказ ФНС России от 17.02.11 № ММВ-7-2/169@

Кейс 11. Налоговое планирование. Требования порядка ведения кассовых операций

С 2012 года порядок ведения кассовых операций должны соблюдать не только компании, но и индивидуальные предприниматели ( п. 1.1 гл. 1 Положения Банка России от 12.10.11 № 373-П ). Однако такое новшество не помешает ИП работать по-старому.

Несмотря на то что ИП теперь обязан соблюдать лимит остатка кассы, это не будет играть важной роли. Ведь, по сути, собственное имущество физлица от имущества предпринимателя не отделяется. Есть лишь имущество, используемое и не используемое в предпринимательской деятельности.

Четкого порядка отнесения имущества к тому или иному виду нет, поэтому можно сказать, что все денежные средства, полученные предпринимателем, – это личные деньги физлица. Предприниматель вправе расходовать их по своему усмотрению, не только на предпринимательские цели.

В этих условиях индивидуальный предприниматель может в любой момент забрать наличность из кассы, оформив расходный кассовый ордер. Назначение может быть любым, например выплата предпринимательского дохода. При этом никаких требований к кассе, порядку хранения наличных, их транспортировке, порядку и срокам проведения проверок фактического наличия денег Положение не устанавливает.

Источник: Пункт 1.1 Главы 1 Положения Банка России от 12.10.11 № 373-П